Ко входуБиблиотека Якова КротоваПомощь
Помощь

ЭСХАТОЛОГИЯ

См. Апокалипсис; 25-26 главы Мф. Ср. конец света.

 

о. С. Булгаков катехизически; он же в книге об Апокалипсисе; эсхатологическая этика - концепция Бердяева, 1931;  Бердяев, 1944; Мень об Э. Павла, 1989; ложная как средство уйти от ответственности - 5.2.1999;

Eschatology, Messianism, and the Dead Sea Scrolls. Eds. Craig A. Evans, Peter W. Flint. Grand Rapids: William D. Eerdmans Publishing Company, 1997. 190 pp.

Collins, Adela Yarbro. Cosmology and eschatology in Jewish and Christian apocalyticism. Leiden: Brill, 1996. 278 pgs.

Оксиюк М.Ф. Эсхатология св. Григория Нисского. Киев, 1914. 698 стр.

Оксиюка об эсхатологии Григория Нисского, 1915; 17 ст., 1666 в э. Украины и России, Опарина.

Ср. Деэсхатологизация. Парусия.

Adams, Edward. The Stars will fall from Heaven. Cosmic Catastrophe in the New Testament and Its World. New York: T&T Clark, 2007. 320 pp.

Cредневековый Э., очерк Делюмо.

Кант, 1794;

Э. сочинение старообрядца Ипатова, 1820-е гг.

Федотов Г. Эсхатология и культура // Новый град. №13. 1938.

Яннарас Х. Эсхатология: конец времени или свобода от времени? 2007.

Лурье, сравнение Э. России и Греции, 2000.

Moore, Edward. Origen of Alexandria and St. Maximus the Confessor: An Analyses and Critical Evaluation of their Eschatological Doctrines. Boca Raton, Florida, 2005. 233 pp.

В переписке атеиста и католика, Эко и Мартини, 1997.

Э. депрессия у верующих нач. XXI в., Кротов.

Moschos, Dimitrios. Eschatologie im agyptischen Monchtum. Die Rolle christlicher eschatologischer Denkvarianten in der Geschichte des fruhen agyptischen Monchtums und seiner sozialen Funktion. Tubingen, Mohr Siebeck, 2010, XIV, 477 Seiten Series: Studien und Texte zu Antike und Christentum / Studies and Texts in Antiquity and Christianity, 59


Из "Библиологического словаря"
священника Александра Меня
(Мень закончил работу над текстом к 1985 г.; словарь оп. в трех томах фондом Меня (СПб., 2002)) 

К досье Меня

ЭСХАТОЛОГИЯ (от греч. њscatoj, последний) БИБЛЕЙСКАЯ, учение Свящ. Писания о последних судьбах мира и человека.

Термин Э. утвердился в богословии с 19 в. Принято разделять Э. на  о б щ у ю  и  ч а с т н у ю,  или индивидуальную. Первая рассматривает цель и завершение всего историч. и мирового процесса, а вторая учит о *посмертном бытии отдельного человека. Данная статья ограничивается проблематикой общей Э., к-рая теснейшим образом связана с библ. *мессианизмом и *сотериологией (о частной Э. см. ст. Посмертное бытие).

Внебиблейский мир представлял бытие подчиненным закону бесконечного круговорота и поэтому не знал Э. в строгом смысле слова. Подобно неизменно повторяющимся циклам природы, все трансформации во Вселенной были для языческого сознания лишь звеньями замкнутого круга. Полное качественное преображение мира исключалось. Так, в Вавилоне и Индии космич. процесс делился на огромные периоды, но конечной цели не имел, ибо все неизбежно возвращалось в исходное состояние. Согласно греч. философам (напр., Гераклиту и стоикам), космос рождался из мирового огня и исчезал в нем, чтобы снова из него возникнуть. Каждый очередной цикл шел по пути деградации: от «золотого века» к упадку. Ожидание гибели мира наиболее обострялось в кризисные эпохи (в частн., в период *эллинизма). Но за этой гибелью предвиделся новый виток бесконечного существования. Только в Иране Э. приобрела абсолютный характер, ибо *маздеизм исповедовал веру в конечную победу Бога Света над силами тьмы.

Ветхозав. Э. родилась под знаком веры в  с п а с е н и е,  в грядущую полноту бытия, к к-рой Творец ведет человека и все мироздание.  Хотя Бог открывает Себя в истории,  смысл бытия лежит за ее пределами, там, где историч. процесс завершается осуществлением высшей цели Творца. Во времена *патриархов, Моисея, судей и первых царей эсхатологич. *Откровение давалось лишь в *прообразах как спасение ветхозав. Церкви от врагов, а впервые тайна всеобщего  п р е о б р а ж е н и я  мира была открыта *пророкам-писателям, к-рые возвестили о грядущем Богоявлении (Дне Господнем). В соответствии с любовью и правдой Бога их Э. была двуединой, являясь одновременно и  с у д о м,  и  с п а с е н и е м.  Суд Божий вначале понимался как историч. возмездие народам за грехи, но постепенно был осмыслен как конечное торжество благой воли Творца над мировым злом (Ис 27:1; 51:9-10; см.Грехопадение). Явление Бога-Судии изображалось у *пророков в виде космич. очистител. бури (Авв 3:3 сл.; Соф 1:14 сл.). Поэтому День Господень назван у прор. Амоса и Софонии днем тьмы. Но цель Бога не просто уничтожение зла; мир будет очищен для  н о в о г о  т в о р е н и я,  в к-ром воцарится гармония между Богом и людьми, между человеком и *природой (Ис 11:6 сл.; 45:8). Библия чаще говорит не о происхождении и причине зла (см. ст. Теодицея в Библии), а о его конечной гибели, когда наступит  Ц а р с т в о  Б о ж ь е,  владычество Мессии-Избавителя. Это владычество принадлежит истории, но в то же время простирается и за ее пределы (Дан 7; Прем 3:8). Звеном, связующим историю и метаисторию, является *«мессианская эра», к-рая увенчивает историч. процесс. Для многих иудеев мессианское эсхатологич. Царство отождествлялось с возрожденной и преображенной ветхозав. Церковью, но в проповеди пророков уже предрекается участие в нем всех народов земли (см. ст. Универсализм и партикуляризм).

В *междузаветный период Э. получает особую форму выражения в *апокалиптич. лит-ре. Сохраняя осн. пункты учения пророков, апокалиптики используют сложную систему *символов, призванных изобразить тайны Божественного Домостроительства. *Апокрифы и *Кумранские тексты отражают страстное ожидание Царства Божьего, глубокую веру людей в благую конечную цель истории. Этим чаяниям свойственны и черты историч. ограниченности. Так, мн. считали, что «мессианская эра» будет апофеозом земного процветания и благоденствия. В силу специфич. ощущения времени, свойственного пророкам, отдаленные события представлялись им близкими и приход Царства Божьего нередко ожидался в ближайшие годы.

Новозав. Э. Проповедь Христа Спасителя началась с вести о приходе Царства Божьего (Мф 4:17; Мк 1:14-15) и т.о. стала продолжением и завершением («исполнением») Э. ветхозаветной. Говоря о Царстве, Господь не объяснял, что означает это понятие,  Его слушателям оно было хорошо знакомо. Но, кроме традиционного учения о конце истории, отраженного в *Малом Апокалипсисе, Христос возвещал о Царстве как о реальности сегодняшнего дня, незаметно проникающей в мир, без тех космич. знамений, к-рые ожидала прежняя Э. библейская. Такой неприметный приход Царства составляет средоточие Евангелия. Из евангел. *притч явствует, что и суд, и спасение явлены миру уже с того момента, когда Иисус Назарянин провозгласил наступление Царства. Оно в будущем, но одновременно уже здесь, среди людей (Лк 17:20-21). Тем не менее, оно подготавливается постепенно (Лк 13:18-21), a всякий, кто умеет различать знамения времени, сможет увидеть признаки наступления Царства (Мф 24:32). В нем происходит (и окончательно произойдет в будущем)  о т д е л е н и е  добра от зла, ибо ничто нечистое не может войти в Царство (Мф 13:47-52; 25:31-46).

Вся апостольская проповедь была проникнута духом Э., чаянием полноты бытия, приобщения преображенного мира к Божественной жизни, к-рое должен предварить конец старого мира. Начало Царству положено  п е р в ы м  приходом Христа, уничиженного, распятого и воскресшего — первенца из мертвых. *Парусия же станет Его  в т о р ы м  приходом — в Славе (Мк 14:62; Деян 1:11). Kaк и в ветхозав. пророческом Откровении, у первохристиан временные рамки «сокращались» и апофеоз Царства ожидался в ближайшем будущем (Откр 22:12). Поэтому нек-рые люди бросали работу и все земные дела, рассчитывая, что со дня на день наступит конец мира. Против этой тенденции энергично выступил ап. Павел (2 Фес 2:1-17), напоминая о том,  что ни день, ни час конца не открыт людям. Позднее, во 2 Петр 3:4-15 Церковь вразумляла тех, кто был удручен «промедлением» Господа, напоминая о том, что у Бога один день, как тысяча лет.

Новозав. Э. учит о полной трансформации человеческой природы в Царстве Божьем. По словам Христа Спасителя, люди Царства будут «как Ангелы на небесах» (Мк 12:25). Ап. Павел говорит о «теле духовном», в к-рое облечется воскресший человек (1 Кор 15:42-55). Именно эта надежда, а не просто бессмертие души, составляет сущность христ. Э. («чаю воскресения мертвых и жизни будущего века»).

Согласно Откр, процесс воскресения совершается в два этапа. Сначала восстают к вечной жизни мученики за веру, к-рым предназначено царствовать со Христом тысячу лет (20:4-6). Затем последует великая эсхатологич. битва между добром и злом, к-рая завершится Парусией и всеобщим воскресением. Вопрос о толковании этого места остается в богословии дискуссионным. По мнению прот.*Булгакова, «первое воскресение» означает наибольшую степень жизни умерших и участия их в жизни живых. Эта полнота является действенною, энергетической, она представляется как участие в земном царствовании со Христом, а это означает, очевидно, их земное служение и действование» («Апокалипсис Иоанна», Париж, 1948, с.181). В любом случае Э. библейская подразумевает двойной пролог к Парусии: торжество на земле и Христа и Антихриста (см.1 Ин 2:18; 2 Фес 2:8 сл.; Откр 13:7).

В истории интерпретации библ. Э. существовало неск. тенденций. Долгое время эсхатологич. учение Библии рассматривалось только как пророчество о будущем («футурологическая Э.»). В 20 в.  мн. экзегеты обратили внимание на то, что само явление Христа на земле и Его Благая Весть знаменовали начало суда над миром (см. ст. «Осуществленная эсхатология»). В экзистенциалистской Э. этот аспект библ. учения был выдвинут на первый план, а «футурологическая Э.» оттеснена в область *аллегорий и *метафор. Против этого выступил ряд богословов различных конфессий (прот. С.Булгаков, Г.У. фон Бальтазар, Ю.Мольтман и др.). Синтез был предложен *Иеремиасом, к-рый охарактеризовал евангельскую Э. как «осуществляющуюся», т.е. имеющую начало в проповеди Христа и одновременно сохраняющую футурологич. перспективу.

Рус. религ. мыслитель Николай Федоров (1828-1903) трактовал пророчества Библии о бедствиях, к-рые постигнут мир в конце времен, как предупреждение, не имеющее фатального характера. Он утверждал, что если человечество найдет правильный путь, переход к Царству Божьему не будет катастрофическим. Эта концепция носила черты весьма уязвимого оптимизма, опирающегося на веру в науку (см. Федоров Н., Соч., М., 1982). Учению Федорова родственны взгляды *Тейара де Шардена, к-рый также считал вероятным переход к Царству Божьему без катаклизмов, путем природной, социальной и мистич. эволюции.

Находилось немало толкователей, гадавших по Библии о «временах и сроках» Парусии и дерзновенно назначавших дату конца мира (апокалиптич. и хилиастич. секты, *Иоахим Флорский, *Бенгель, *Юнг-Штиллинг и др.). Они забывали о предостережениях Самого Христа Спасителя и ап. Павла, осуждавших подобные гадания (Мф 24:36; Деян 1:7; 1 Фес 5:1-2). Либеральные протестанты нередко относились к библ. Э. как к рудименту древнего *иудейства, к-рый должен быть устранен из христ. богословия (см. ст. Эсхатологич. школа). Но подобный подход игнорировал важнейшую черту библ. учения, взятого в целом. «Христианство как таковое, — отмечает *Трубецкой, — т.е. как вера во Христа, Мессию Иисуса, необходимо от начала было связано с эсхатологией, составлявшей не случайный придаток, а существенный элемент евангелия царства. Не отказываясь от самого себя, христианство не может отказаться от веры в Богочеловечество и в царство Божие, в конечную, совершенную реализацию Бога на земле... Отдельные образы христианской эсхатологии можно объяснять исторически, но основная идея ее, засвидетельствованная жизнью и смертью Христа Иисуса и всем Новым Заветом, начиная с молитвы Господней, представляет  и до сих нор жизненный вопрос христианства — веры "во Единого Бога Отца Вседержителя". Есть ли мировой процесс безначальный, бесконечный, бесцельный и бессмысленный, чисто стихийный процесс, или же он имеет разумную конечную цель?.. У христианства возможен на это лишь один ответ».

l *Б е р д я е в  Н., Опыт эсхатологич. метафизики, Париж, 1947; Д а н и е л ю  Ж., Эсхатологич. чаяния, «Символ», 1986, № 16; ЕЭ, т.16; К а с п е р  В., Чаяние окончат. и славного пришествия Иисуса Христа, там же; К н о п ф  Р., Происхождение и развитие христ. верований в загробную жизнь, пер. с нем., СПб., 1908; М а ш к и н  Н.А., Э. и мессианизм в последний период Римской республики, «Изв. АН СССР», 1946, т.III, № 5; *Н и к о л ь с к и й  Н.М., Мировой и социальный переворот по  воззрениям раннего христианства, М., 1922 (то же в его кн.: Избранные произведения по истории религии, М., 1974); *П о с н о в  М.Э., Иудейство, К., 1906; *С а в и н с к и й  С.В., Эсхатологич. беседа Христа Спасителя, К., 1906; *С в е т л о в  Э. (прот. А.Мень), На пороге Нового Завета, Брюссель, 1983; прот.*С м и р н о в  А., Мессианские ожидания и верования иудеев около времени Иисуса Христа, Каз., 1899; С т р а х о в  П.С., Э. языческих мистерий, БВ, 1913, № 7-8; Т р у б е ц к о й  С.Н., Э., Соч., М., 1908, т.2; ФЭ, т.5; Ю д  А., Бог — судия человека, «Символ», 1986, № 16; B u c h a n a n  G.W., Revelation and Redemption, Dillsboro (N.Carolina), 1978; *C h a r l e s  R.H., Eschatology, N.Y., 1963; D a y  J., God’s Conflict with the Dragon and the Sea, N.Y.-Camb. (Eng.), 1984;  *G r е s s m a n n  Н., Der Ursprung der israelitische-judischen Eschatologie, Gott., 1905; *М о w i n с k е l  S., He that Cometh, Oxf., 1959; *P r о с k s c h  O., Eschatology in the Old Testament and Judaism, in: Twentieth Сеntury Theology in the Making, L., 1970; *R o b i n s o n  J.A.T., Jesus and His Coming, N.Y., 1958; *R o w l e y  H., The Revelance of Apocalyptic, L., 1963;  *S с h n a c k e n b u r g  R., Gottes Herrschaft und Reich, Freib., 1959 (англ. пер.: God’s Rule and Kingdom, N.Y., 1963); проч. библиогр. см. в Enc.Kat., t.4, s.1106; NCE, v.5, р.533; RGG, Вd.2, S.655; LTK, Вd.3, S.1084; ст.: Богословие; Грехопадение; Малый Апокалипсис; Откровение св.Иоанна Богослова; Хилиазм.


"ОСУЩЕСТВЛЕННАЯ ЭСХАТОЛОГИЯ" (англ. Realized Eschatology), одна из совр. экзегетич. теорий, относящаяся к истолкованию новозав. *эсхатологии. Впервые была сформулирована *Доддом в его книге "Притчи о Царстве" (1935), хотя его идеи частично предвосхищали др. экзегеты (напр., *Трубецкой и *Оулдам). Согласно концепции Додда, приход Царства Божьего в мир в учении Христа Спасителя связывался не только с будущим, но осуществился уже в самом служении Христа, в Его проповеди, смерти и Воскресении. Свое обоснование теория "О.э." находит в Ев. от Иоанна, где сказано: "Ныне суд миру сему" (12:31), "суд же состоит в том, что свет пришел в мир; но люди более возлюбили тьму, нежели свет" (3:19). Иными словами, эсхатология Суда Божьего в Ин распространяется и на сами события еванг. истории.

Либеральная критика, отвергнув историч. достоверность Ин, изучала эсхатологию Евангелия только на основе *синоптиков. Сравнение эсхатологич. речений Христа с *апокалиптической лит-рой *междузаветного времени привело ряд экзегетов (И.*Вейсса, А.*Швейцера) к утверждению, будто Христос предсказывал скорый, в пределах одного поколения, конец мира (см. ст. Эсхатологич. школа). В противовес этой позиции Додд выдвинул идею "О.э.". Он проанализировал те места у синоптиков (в частн., притчи), к-рые принято считать наиболее древними. Он показал, что многие из этих притч подразумевают жизнь человека в обычных условиях, а не перед лицом наступающего конца света. Даже из эсхатологич. речи на горе Елеонской (см. ст. Малый Апокалипсис) явствует, что конец мира не наступит в момент разорения Иерусалима (повеление бежать в горы). До завершения истории Евангелие должно быть проповедано "во всех народах", что, естественно, потребует немалого времени (Мк 13:10). Особо останавливается Додд на притчах, где присутствуют образы роста, созревания (зерно, дерево, закваска). Все это связано с длительным временем, а не с внезапной катастрофой. Но, с другой стороны, в синоптич. традиции явно присутствует мотив неожиданности, кризиса, эсхатологич. суда. "Мы стоим, — пишет Додд, — перед лицом двух аспектов в учении Иисусовом, один из которых рассматривает долгое существование человека в условиях истории, а другой предполагает скорое окончание этих условий. Радикальный критицизм волен исключить тот или иной аспект, но оба они глубоко укоренены в древнейшей известной нам форме традиции". Разрешение этой *антиномии экзегет видит в осмыслении земного служения Христа. Именно Его приход положил начало мессианской эсхатологич. эре, именно в Его лице Бог и Царство Божье вошли в недра истории. Эсхатологич. речи Христа, используя традиционную символику апокалипсисов, не отодвигали Суд только в конец истории, а провозглашали его сегодняшней и вечной реальностью. Христос не только предсказывал наступление Царства, Он я в и л его и призвал в это Царство людей. Как Учитель и как страждущий *Служитель Господень, Он открыл миру Бога в Себе и в событиях Своей жизни. "Причти о Царстве, — пишет Додд, — используют все средства драматической иллюстрации, чтобы помочь людям увидеть в этих событиях, происходящих у них на глазах: чудесах Иисусовых, Его призыве к людям и, в результате этого, в святости, осеняющей тех, кто идет за Ним, и ожесточении отвергших Его, в трагическом конфликте Креста и в бедствиях учеников, в роковом выборе иудейского народа и в грозящих катастрофах — увидеть, что Бог явлен им в Своем Царстве, в Своей силе и славе. Этот мир превратился в арену божественной драмы, в которой обнажены вечные вопросы. Это час решения. Это — осуществленная эсхатология". Концепция "О.э." не игнорирует футурологич. аспект Евангелия, а подчеркивает актуальность Суда Божьего, к-рая возвещена в Ев. от Иоанна. Развитие идеи "О.э." нашло место и у ряда нем. богословов (*Отто, *Бультман).

l B u l t m a n n R., History and Eschatology, N.Y., 1957; D o d d C.H., The Apostolic Preaching and Its Developments, L., 1936.


Из словаря 1992 г.:

ЭСХАТОЛОГИЯ

Это слово означает учение о последних вещах - о завершении истории и о событиях, непосредственно с ним связанных. Характерная черта Евангелий в том, что эсхатологическое завершение истории и эсхатологическая надежда сосредоточены в них на личности Иисуса Христа. Возможно, важнейшим достижением современной новозаветной науки было доказательство того, что Э. составляет сердцевину провозвестия Иисуса и, следовательно, сердцевину всего НЗ.

1.Провозвестие Иисуса.

2.Евангелисты.

3.Современные интерпретации.

1. Провозвестие Иисуса

Вопреки некогда популярной точке зрения, согласно которой Царство Божье подобно эволюционирующему обществу, Й. Вайс (J. Weiss) и А. Швейцер (A. Schweitzer) в начале XX в. утверждали, что Иисус ожидал близкого конца истории. По их мнению, Иисус был проповедником покаяния* накануне близящегося суда*. Отвергая это представление об Иисусе как об ошибавшемся апокалиптическом визионере, Ч. Додд (С. Н. Dodd) развил свою теорию «осуществленной эсхатологии». Согласно Додду, Иисус верил, что пророчества ВЗ уже осуществились, что «день Господень» наступил. Большинство современных ученых считают, что Вайс и Швейцер, с одной стороны, и Додд, с другой, представляют две крайние точки зрения, между которыми оказывается предпочтительной третья позиция. Иисус полагал, что в определенном смысле Царство Божье уже наступило. Но в то же время Он говорил об эсхатологических событиях как о грядущих. Тезис «уже, но еще не» стал теперь общим местом новозаветной науки.

1.1. Будущее. Ожидания Иисуса относительно будущего коренились прежде всего в ВЗ и еврейском предании. Он предвидел воскресение* мертвых (Мк 12:18-27) и Страшный суд (Лк 10:13-15; 11:31-32). Он мыслил в понятиях вознаграждения праведников (Лк 6:20-23) и наказания грешников (Лк 6:46-49), ожидал, что конец будет сопряжен со страданиями святых (Лк 12:49-53) и, возможно, с природными катастрофами (Лк 21:25-26). Как в точности представлял себе Иисус наступление «зона» - как тысячелетнее земное царство, как обновленный старый мир или как мир совершенно новый, - неясно.

Важнейшим вкладом Иисуса в Э. явилась христология. Критерий суда Он свел к самому себе (Лк 12:8-9). Вероятно, свою судьбу Он отождествлял с судьбой Сына Человеческого* в Дан 7 и воспринимал себя как мессианского Сына Давидова*. Тот факт, что Он избрал двенадцать учеников* - символ восстановления двенадцати колен Израилевых*, - и сам встал во главе этой группы, наводит на мысль, что Он считал себя царем Израиля.

1.2.Настоящее. Иисус не относил наступление Царства Божьего к будущему. Он прямо возвестил о его присутствии в настоящем (Лк 11:20) и косвенно указал на его наступление словами о падении сатаны (Лк 10:18; 11:22), о тайном его пребывании на земле (Мк 4:11-12: 26-29), о молодом вине (Мк 2:22) и о радости в противоположность посту (Мк 2:18-20). С другой стороны, весьма вероятно, что Лука в 17:20-21, где говорится, что Царство Божье «внутрь вас есть», приводит слова самого Иисуса. Его присутствие означает присутствие Царства.

1.3.Соотношение между настоящим и будущим. Традиционно христиане думали, что в ВЗ содержатся пророчества о двух мессианских событиях и что определенные пророчества Иисус исполнил при первом своем пришествии, а другие исполнит при втором. Но в ВЗ невозможно найти различий между этими двумя событиями, и оно чуждо еврейской Э. Невероятно, чтобы Иисус мыслил или говорил о двух мессианских событиях. Более вероятно, что для Него конец времен складывался из последовательности событий, некоторые из которых уже произошли. Допустима формула «эсхатология в процессе осуществления» (Иеремиас, 230). Мессия (см. Христос) пришел. Многие пророчества исполнились (Лк 17:18-23). Но то было не полное исполнение. Другие события были отложены на будущее, в особенности эсхатологическое страдание и оправдание Сына Человеческого (Мк 9:31).

1.4.Когда? Современные исследователи согласны в том, что Иисус считал последний Суд близким. Предпринятые недавно попытки отрицать это неубедительны. Однако нужно подчеркнуть, что Иисус отвергал все хронологические спекуляции, имеющиеся в некоторых апокалипсисах (Лк 17:20-21), и откровенно признавал, что не знает времени конца (Мк 13:32). Далее, в Мк 13:20 (возможно, это слова Иисуса) и в Лк 13:6-9 (также, вероятно, слова Иисуса) утверждается, что день и час этого свершения в точности неизвестен, что наступление конца отчасти определяется благодатью Бога и ответом человека. Кроме того, Лк 10:13-15 и другие тексты отражают горькое разочарование из-за падения евреев. Мы не знаем, как это разочарование повлияло на эсхатологические воззрения Иисуса; но отказ Израиля принять Мессию (нечто, не предвиденное ветхозаветным преданием), возможно, способствовал идеям о будущем развитии истории. Вероятно, ожидания Иисуса были менее определенными, чем многие предполагали (см. Апокалиптические учения; Разрушение Иерусалима).

2. Евангелисты

Все четыре Евангелия выражают настроение «уже, но еще не», однако у Матфея эсхатологическая тема развита более четко, чем у Марка, а у Иоанна еще четче. Охарактеризовать точку зрения Луки намного труднее. 2.1. Марк. Автор Мк, как до него Иисус, считал, что Э. пребывает в процессе осуществления. Однако с его точки зрения, страдания, смерть и Воскресение Иисуса означали, что эсхатологические потрясения и общее воскресение уже начались.

2.1.1.Будущее. Ожидания Марка изложены в 13-й главе. Здесь мы видим христианскую версию того, что часто встречается в иудейских изображениях конца мира (см. Апокалипсис). То будет время испытаний и бедствий. Появятся ложные пророки (Мк 13:5-6). Будут войны, землетрясения и голод (13:7-8). Верующие пострадают (13:9-13). Палестина подвергнется многим опасностям (13:14-23). На небе появятся великие знамения (13:24-25). А потом грядет эсхатологический посланник Бога (Иисус) (13:26-27).

2.1.2.Прошлое. Иисус открыл время эсхатологического свершения (1:14-15 - «исполнилось время»). Особенно значимы глубокие по смыслу корреляции между гл. 13 (о конце времен) и 14-15 (о конце земной жизни Иисуса). Следует сравнить 15:33 (тьма при распятии) и 13:24 (тьма при конце мира); 15:38 (разодралась завеса в Храме) и 13:2 (Храм будет разрушен); 14:34, 37 (Иисус призывает своих учеников «бодрствовать», а затем приходит [ercheiai] и находит [heunskei] их спящими [katheudontas]; 14:10, 18, 21, 41 (Иисус «предан») и 13:9 (ученики будут «преданы»); 14:53-65 (Иисус предстает перед советом еврейских старейшин) и 13:9 (ученики предстанут перед советом старейшин); 14:65 (Иисуса ударяют) и 13:9 (учеников будут бить); 15:1-15 (Иисус перед Пилатом) и 13:9 (ученики предстанут перед правителями и царями). Смысл этих и других параллелей, таких, например, как между Мк 13 и Зах 9-14 («малый апокалипсис»), очевиден: конец земной жизни Иисуса является частью эсхатологической драмы (см. Смерть Иисуса).

2.1.3.Настоящее. Если конец мира начался со смертью Иисуса, то период между распятием и парусией должен быть эсхатологическим временем. Настоящее (охарактеризованное в Мк 13:5-13) рассматривается как испытания, сопутствующие наступлению новой эпохи. Это значит, что страдания Иисуса и Его Церкви - это «болезни», после которых придет новый мир.

2.1.4.Когда? Слова в Мк 9:1 («есть некоторые из стоящих здесь, которые не вкусят смерти, как уже увидят Царствие Божие, пришедшее в силе») можно воспринять таким образом, что Марк ожидал скорого наступления конца этого мира. Но многие ученые относят 9:1 либо к Преображению, либо к Воскресению, либо (что менее вероятно) к разрушению Иерусалима в 70 н. э. (см. Разрушение Иерусалима). Представляется вероятным, что, помимо 9:1, где выражен взгляд Марка на настоящее, он нигде не имел в виду сколько-нибудь длительный исторический период (ср. 13:30). Лишь из 13:32 следует, что эсхатологический процесс не ограничен точно определенным временем. 2.2. Матфей. Точка зрения на Э., выраженная в Мф, очень близка к точке зрения Марка.

2.2.1.Будущее. Почти все, что можно утверждать об ожиданиях Марка, применимо к Матфею (с этим не согласны те немногие, кто полагал, что Мф 24 представляет собой апокалипсис, осуществившийся в 70 н. э.). Единственное важное отличие состоит в том, что Матфей сосредоточивает внимание на роли Иисуса как Сына Человеческого на Страшном суде (Мф 13:41; 16:28: 25:31 и др.). Так же если krinontes в 19:28 значит «правящие», то этот стих заключает в себе мысль об эсхатологическом спасении* Израиля (у Марка она выражена недостаточно ясно).

2.2.2.Прошлое. Акцент на осуществленной Э. заметен у Матфея, в частности, в двух фрагментах. Во-первых, он вставляет в свой рассказ так называемые цитаты-формулы (1:23; 2:15, 18 и др.). Они постоянно напоминают читателям, что Иисус исполнил эсхатологические надежды и мессианские ожидания иудаизма*. Во-вторых, в 27:51-53 (только у Матфея) говорится, что не один Иисус воскрес из мертвых - воскресли многие святые. Следовательно, принесенное Мессией оправдание нельзя рассматривать изолированно: скорее, Воскресение Иисуса знаменовало собой общее воскресение. Это следует сопоставить с допавловым исповеданием в Рим 1:3-4, где буквально провозглашается, что Иисус открылся Сыном Божьим «чрез воскресение из мертвых» (в греческом это выражение означает всеобщее воскресение).

2.2.3.Настоящее. У Матфея, как и у Марка, настоящее - это эсхатологическое время. Следует особо отметить, что пророчества об определенном времени конца в Мк 13 перенесены в Мф 10, в результате чего христианская проповедь переняла эсхатологический язык. Отличительным признаком перспективы, развиваемой Матфеем, является ключевая роль обетования Мессии о его постоянном присутствии, поддерживающем людей (1:23; 18:20; 28:20). Тем самым реализуется эсхатологическое ожидание евреев: Бог будет «вместе» со своим народом именно в последние дни (Зах 8:23; Юб 1:17, 26 и др.). Так настоящее одновременно становится и временем испытаний, и временем присутствия Царства, а это в точности позиция Иисуса.

2.2.4.Когда? Нет указаний на то, что Матфей считал конец близким. Но то, что он часто задерживается на эсхатологической теме, и его понимание настоящего внушает мысль, что он ожидал скорее близкого, чем отдаленного, конца.

2.3. Лука. Убеждения Луки, которые могут быть реконструированы как из Евангелия, так и из Деян, точно охарактеризовать нелегко. Однако для многих, пожалуй, вполне ясен факт: Лука сознавал, что между первым и вторым пришествием пройдет довольно длительный промежуток времени.

2.3.1. Будущее. Лука был убежден, что Иисус вернется таким же образом, каким Он восшел на небо (Деян 1:11), и что это событие произойдет в день, в который Бог будет судить мир через Иисуса Христа (Деян 17:31). Третий евангелист тоже веровал во всеобщее воскресение (Лк 20:27-40; Деян 24:15), но остается спорным, как в точности видел он наступление «времени обновления» и «совершения всего» (Деян 3:19-21).

2.3.2. Прошлое. Лука не развил подробно идею о связи между смертью Иисуса и эсхатологическими событиями. Возможно, он сторонился некоторых аспектов осуществленной Э., так как эта концепция была характерна для групп, которые Лука воспринимал как еретические (протогностики?). В противоположность этому многие настаивали, что его перспектива восходит к концепции истории спасения. X. Концельман (Conzelmann) указывает, что в Деян история делится на три периода: эпоха Израиля, эпоха Иисуса, эпоха Церкви*. Согласно этой схеме, событие, связанное с Иисусом, несмотря на исполнение Им ветхозаветных пророчеств, принадлежит прошлому и не является в собственном смысле слова эсхатологическим. Однако некоторые современные исследователи усомнились в таком подходе: они отрицают, будто Лука разделил историю и Э. Эта проблема требует дальнейших исследований.

2.3.3.Настоящее. «Эсхатология в процессе осуществления» не столь очевидна в творениях Луки, а - согласно Концельману - эпоха Церкви у него - это эпоха перед концом мира, а не часть конца. Настоящее и будущее мыслились как нечто единое (ср. «прежде же всего того» в Лк 21:12). Однако вполне возможно, что Лука осознавал эсхатологический характер таких текстов, как Лк 1:32-33; 2:38 и Деян 2:17-21, а также ставил знак равенства между эпохой Церкви и провозглашенным мессианским Царством (ср. 1 Кор 15:20-28).

2.3.4.Когда? Одни исследователи полагают, что Лука не ожидал близкого конца мира, другие - что он считал его очень близким. Это несогласие возникло из-за того, что в Лк и в Деян есть две различные группы текстов. В первой мы словно на пороге конца (напр., Лк 3:9; 18:7-8; 21:31-32), в другой он словно откладывается до времени парусин (напр., Лк 12:45; 19:11). Вместо того чтобы отвергать одну группу в пользу другой, лучше всерьез принять слова Деян 1:7 («не ваше дело знать времена или сроки») и предположить, что Лука считал время конца открытым вопросом.

2.4. Иоанн. Одной из отличительных черт четвертого Евангелия является сильный акцент на осуществленной Э.

2.4.1. Будущее. Об эсхатологическом будущем сказано очень мало. Знаменательны слова о «последнем дне» (Ин 6:39), в котором главнейшее место займет воcкресение (5:28-29; 6:39-40); однако какие-либо иные указания отсутствуют. Так что у Иоанна вообще нет какого-либо намека на то, когда наступит последний день.

2.4.2.Прошлое. Так же как Марк и Матфей, Иоанн связывает с темой последнего времени смерть Иисуса. В Ин она есть «суд миру сему» (12:31). Распятие становится судом над дьяволом (16:11; см. Бес, дьявол, сатана), оно неотделимо от уничтожения «сына погибели» (17:12; ср. 2 Фес 2:3). Сверх того, в Ин Сын Человеческий уже обладает властью* (5:27; ср. Дан 7:13-14), уже судит (9:35-39; 12:30-34), уже вознесен и прославлен (3:14). Можно сказать, что в Ин сам Иисус есть eschaton («завершение», «конец» [всего]), его подлинное содержание. Когда пришел Иисус, наступило свершение.

2.4.3.Настоящее. В свете Иоанновой мысли такие понятия и явления, традиционно связываемые с Э., как жизнь вечная* (6:47), вода, текущая в жизнь вечную* (4:14), хлеб* с неба* (6:25-34), чада Божии* (1:12) и даже воскресение* (5:25), можно непосредственно ощутить уже сейчас. Хотя во всем этом больше общего с другими Евангелиями, чем часто полагают, в Ин преобладает постоянный акцент на осуществлении эсхатологической надежды. Ч. Додд подчеркнул лишь немногое, когда писал об Иоанне: «Все, на что Церковь уповала в ожидании второго пришествия Христа, уже дано в ее наличном опыте о Христе через Святого Духа» (Dodd, 121).

3. Современные интерпретации

Богословские проблемы, которые поставила Э., многочисленны и сложны. Ошибался ли Иисус в своем ожидании близкого конца? Нужно ли переводить эсхатологический язык на язык экзистенциалистских категорий? Могут ли христиане спустя 2 тыс. лет все еще ожидать парусин*? При попытке дать адекватный ответ следует принять во внимание по крайней мере четыре соображения.

(1)Евангельские пророчества не нацелены на буквальное понимание, без всякого воображения. Как неправомерно пользоваться Быт для установления данных относительно физической вселенной, так же ошибочно превращать сравнения и метафоры новозаветной Э. в информацию о будущих состояниях космоса.

(2)Если смысл всего происшедшего подразумевает конец мира, то люди, озабоченные смыслом истории и человеческого существования, должны быть озабочены завершением истории и ее соотношением с настоящим. Это объясняет направленность Евангелий. Чтобы мы постигли, что такое «здесь и теперь», наше видение должно быть оторвано от настоящего и устремлено в будущее.

(3)История спасения не есть заранее предустановленная схема. Это скорее динамичная связь между Богом и Его народом. Господь, открытый в Евангелии, может сократить промежуточный период (Мк 13:20) или продлить его (Лк 13:6-9). Его благодать означает, что история - открытый процесс и что она может иметь не только эсхатологическое развитие. Соответственно в истинном пророчестве будущее описывается не как предопределенное течение изолированных событий, но скорее как возможное, когда одно событие может быть связано с другим, может оказаться предупреждением, которое принимают или не принимают во внимание; либо история представлена в нем как обетование, условия исполнения которого могут быть выполнены или не выполнены.

(4) Средоточие Э. - это не «когда» и «что», а «Кто», не схема или план, а личность. Евангелия подвигают нас на созерцание будущего не путем показа его контуров, но путем соединения всего с Иисусом - Мессией и Сыном Человеческим.

См. также Апокалиптический; Апокалиптические учения; Суд.

Библиография. D. С. Allison, Jr., The End of the Ages Has Come. Philadelphia, 1985; G. R. Beasley-Murrey Jesus and the Kingdom of God. Grand Rapids, 1986; H. Conzelmann The Theology of St. Luke. London, 1960; С Η. Dodd The Apostolic Preaching and Its developments. New York, 1937; E. E. Ellis Eschatology in Luke. Philadelphia, 1972; J. Jeremias The Parables of Jesus. 2d rev. Ed. New York, 1972; A. J. Mattill Luke and the Last Things. Dillsboro, 1979; N. Perrin Jesus and the Language of Kingdom. Philadelphia, 1976; J. A. T. Robinson Jesus and His Coming. 2d ed. Philadelphia, 1979; W. Willis, ed. The Kingdom of God in 20th Century Interpretation. Peabody (MA) 1987.

D. K. Allison

Ко входу в Библиотеку Якова Кротова